С тех пор, как в России запретили организацию Свидетелей Иеговы, я то и дело слышал как самые разные люди авторитетно заявляли:
- Скоро и белорусский Батька покончит с иеговистами.
Поскольку в этом утверждении слишком много "ламерства", придется снова задействовать свой научный блог нецелевым образом. Впрочем, как раз-таки не совсем и нецелевым: я буду говорить с позиции исследователя истории, а не сторонника или противника какой-либо системы взглядов.
В утверждении про "Батьку" и "иеговистов" ляпов нет только в словах "и" и "с". Начнем, с того, что за пределами России Президента Беларуси называют "Батькой" только активные зрители российских каналов, причем пожилые. Но, что более важно, Беларусь вообще безграмотно воспринимать как фотокопию России. И вот почему.
В Беларуси же ходят другие шутки. Например, о том, что миллионером здесь может стать только миллиардер. От мелкого предпринимателя ожидается помогать строить дороги, заливать катки, спонсировать школы, от крупного - помочь построить, скажем, современный стадион на 50 тыс. зрителей. Что касается Белорусской Православной церкви Московского патриархата, то поддержка ее со стороны государства куда более скромная, хотя компании, принадлежащие БПЦ, облагаются льготными налогами и Церковь обладает некоторыми экслюзивными правами в отношении сотрудничества с государством.
На одной из встреч Комитета по делам религий и национальностей с представителями разных конфессий Беларуси митрополита БПЦ посадили в президиум рядом с председателем Комитета. Остальные религиозные служители сидели в зале. Фото: church.by
Все эти примеры показывают объем "эксклюзива" предоставленного государством БПЦ.
В то же время, когда Церковь ставила вопрос о введении аналога основ православной культуры в школе в качестве обязательного предмета, то получила отказ, несмотря на возмущение патриарха Кирилла. И это не единственный случай.
Еще пример. Некоторое время назад классы с изучением православной культуры перенесли из Дома Милосердия в соседнюю школу, т.к., согласно слов министра образования И. Карпенко, "не может учебное заведение находиться на территории религиозной организации".
Поэтому наивно сравнивать влияние БПЦ в Беларуси с положением РПЦ в России.
Если вернуться к крупному бизнесу, то в Беларуси почти все крупные компании принадлежат государству. Ни владельцы частных компаний, ни высокопоставленные чиновники не имеют больших возможностей профинансировать политический курс, который бы привел к запрету так называемых "сект". Все заинтересованные в этом стороны мало влияют на принятие политических решений.
А Беларусь все активнее ищет варианты привлечения европейских инвесторов в экономику. Кроме того, любые преследования граждан за убеждения будут означать новые санкции США и ЕС. Россия может себе это позволить, а для Беларуси, где нет такого количества полезных искомаемых, где менее благоприятные условия для бизнеса и сам масштаб экономики скромен по сравнению с российской, санкции сильно ударят по качеству жизни всех, кто в ней живет. Поэтому в последние годы белорусских участников акций политического протеста либо сажают на сутки, либо штрафуют.
Я не утверждаю, что в Беларуси нет проблем со свободой вероисповедания. Их хватает. Но я заметил, что отношение властей к неправославным религиозным организациям скорее настороженное, чем враждебное. И степень настороженности, переходящей во враждебность, зависит от личных взглядов конкретных чиновников в том или ином месте. То есть в одной местности может быть больше свободы, чем в другой. Впрочем, религиозная обстановка в Беларуси требует отдельного изучения.
Допустим, однажды власти Беларуси действительно решат запретить Свидетелей Иеговы и/или кого-то еще. Это может вызвать такой же резонанс, как и в соседней России, и желающим запретить придется напрячь силы в судебных разбирательствах, ход и результаты которых будут оглашаться по всему миру, как это было например, в случае с судом над Библией в РФ. Большинству белорусов нет дела ни до Свидетелй, ни до религии вообще. Но, когда в первой половине 2000-х шла волна дискредитации Свидетелей СМИ, я не раз встречал людей, которые были этим возмущены. Трудности мобилизуют, и преследования привели бы к тому, что число Свидетелей возросло (а не сократилось бы, как наивно думает часть т.н. "сектоборцев") за счет тех, кто стал неактивным из-за личных обид или поглощенностью иными делами, за счет, тех, кто просто сочувствовал Свидетелям... Это почти всегда так бывает. Когда в 2000-х гг. в Минске Свидетелям Иеговы не давали разрешение проводить конгрессы, многие из них ездили в Жодино, причем нередко о дате проведения мероприятия становилось известно за несколько дней до самого конгресса, и люди были готовы менять свои планы. И за последнее время я видел, как многие из них регулярно ездят на религиозные встречи через весь город. Наивно было бы думать, что получится сломить таких людей запретом организации.
Есть еще один нюанс правового характера. На него уже напоролась Россия. Можно запретить организацию, но нельзя запретить граждан. К примеру, решило абстрактное государство Нагония запретить деятельность Церкви Макаронного монстра (пастафарианцам не обижаться). Юридические лица ликвидированы, а с мыслями граждан что делать? Конституция Нагонии утверждает свободу мысли, свободу слова, свободу мирных собраний, право граждан на отказ от дачи показаний в полиции... И теперь пастафарианцы Нагонии ходят друг к другу в гости как граждане, едят макароны вместе и по-отдельности и угощают макаронами других. Получается коллизия права: либо переписывать Конституцию и отменять соответствующие права граждан, либо ничего не делать, и граждане продолжают жить своей жизнью, либо арестовывать граждан, как членов запрещенной организации, и нарушать сразу несколько конституционных прав. В случае штрафования, арестов, заключения граждан, изъятия у них имущества (или детей из семей) государство создает себе дополнительные проблемы: о нарушения прав граждан становится быстро известно в разных странах мира, и послам нашей Нагонии приходится оправдываться перед международными организациями, а то и гражданами иностранных государств (скажем, рассказывает нагонский врач об успехах отечественной медицины на зарубежном форуме, а ему из аудитории: "А почему у вас пастафарианцы запрещены?" вот и оправдывайся при всех). Изъятых детей надо кормить за счет налогоплательщиков и пытаться перевоспитывать, причем с переменным успехом. А тут еще оказывается, что из Нагонии уезжает все больше и больше специалистов (причем утечка мозгов и раньше была проблемой) и не все из них пастафарианцы, просто хотят жить там, где им никто указывать не будет во что верить и как считать... Словом, даже в абстрактной модели современному государству больще проблем от таких запретов.
Помимо этого, работу белорусских сектоборцев усложнили действия российских властей. Например, долгое время околоправославные сектоборцы утверждали, что перевод Библии, выполненный Свидетелями Иеговы - это плохой перевод Библии. А суды России признали его не Библией с грубой подтасовкой фактов. Иначе бы запретить было нельзя: по законам РФ священные книги неподсудны ни в плохом переводе, ни в хорошем. Но теперь мнения сектоборцев разделились: принципиальные противники этого перевода осуждают вмешательство судов в богословские споры, а беспринципные радостно потирают руки и выдают свою беспринципность с головой. И тут мы выходим на еще одно уязвимое место сектоборческого "танка": большинство белорусских сектоборцев - не аналитики, а ретрансляторы. Они просто собирают в Интернете критический материал о т. н. "сектах" и репостят его на своих страницах, не вникая в его доказательную базу. Зачастую они даже не понимают, что их собственные религиозные взгляды легко подпадают под их собственный материал обвинения, и что найти их авторские признаки сектантства можно в любом явлении в мире.
Поэтому усматривать большую угрозу в "челобитных" околоправославных сектоборцев не вижу особого смысла. Во всяком случае пока они не организуют массовый сбор денег на компенсацию внедрения своих проектов в экономику страны...
Безусловно, религиозная обстановка в Беларуси может измениться в любую сторону. Однако, видеть в любом изменении руку Москвы - по крайней мере наивно.
***
С момента опубликования этого сообщения прошло несколько лет и произошли события, которые могли быть поставить под вопрос мои выводы. Поэтому возникла необходимость пояснить происходящее.
В Беларуси, как я уже писал, есть проблемы ограничений свободы религии, в том числе Свидетелей Иеговы. Эпизоды таких ограничений за 2018-2019 гг. зафиксированы в отдельном документе. Если коротко, то они носят локальный характер (в одном городе есть трудности, а в соседнем нет), и, как это было описано в специальном научном обзоре, политика государства в Беларуси по отношению к Свидетелям Иеговы непоследовательна.
21 февраля 2020 года Свидетель Иеговы из России Николай Махаличев был остановлен милицией во время путешествия по Беларуси. Его задержали по причине того, что в России его объявили в международный розыск в связи с "экстремистской деятельностью" (то есть исповеданием своей веры) и отправили в ИВС г. Городок, а затем в СИЗО-2 г. Витебск. Подробности здесь.
Но это не означает, что в Беларуси началось преследование Свидетелей Иеговы или что всех Свидетелей с российскими паспортами будут депортировать в РФ. Дело в том, что полиция России и милиция Беларуси пользуются общей базой поиска. Если бы Н. Махаличев не был в розыске, то в Беларуси его не стали бы задерживать, да и задержали случайно, а не в результате целенаправленных поисков. Вероятно, Николая Махаличева экстрадируют в Россию, но как показывает дело Puerrtto, власти Беларуси не всегда принимают такие решения какие просят принять российские власти. А пока Н. Махаличев подал жалобу в Комитет по правам человека ООН и прошение белорусским властям о предоставлении политического убежища.
- Скоро и белорусский Батька покончит с иеговистами.
Поскольку в этом утверждении слишком много "ламерства", придется снова задействовать свой научный блог нецелевым образом. Впрочем, как раз-таки не совсем и нецелевым: я буду говорить с позиции исследователя истории, а не сторонника или противника какой-либо системы взглядов.
В утверждении про "Батьку" и "иеговистов" ляпов нет только в словах "и" и "с". Начнем, с того, что за пределами России Президента Беларуси называют "Батькой" только активные зрители российских каналов, причем пожилые. Но, что более важно, Беларусь вообще безграмотно воспринимать как фотокопию России. И вот почему.
Нет правящего класса
Есть непроверенное сообщение о том, как некий сотрудник ФСБ РФ заявил одному судье: закон в России - это воля правящего класса. Можно не согласиться с этими словами, но трудно отрицать наличие своего рода правящего класса в современной России, состоящего в основном из крупного бизнеса и влиятельных чиновников. В некотором смысле к этому классу можно отнести Русскую Православную церковь Московского патриархата. В России уже давно ходят шутки о том, что проще украсть миллиард долларов из бюджета страны, чем булку хлеба в магазине. Иными словами, богатых бизнесменов, крупных чиновников и других влиятельных людей даже на обывательском уровне зачастую рассматривают как тех, кому закон не писан.В Беларуси же ходят другие шутки. Например, о том, что миллионером здесь может стать только миллиардер. От мелкого предпринимателя ожидается помогать строить дороги, заливать катки, спонсировать школы, от крупного - помочь построить, скажем, современный стадион на 50 тыс. зрителей. Что касается Белорусской Православной церкви Московского патриархата, то поддержка ее со стороны государства куда более скромная, хотя компании, принадлежащие БПЦ, облагаются льготными налогами и Церковь обладает некоторыми экслюзивными правами в отношении сотрудничества с государством.
Православный протоиерей Хотеев выступает в частном минском вузе на тему традиционных и нетрадиционных религий. 2015 г. Фото: uoipd.by
Приглашение на экскурсию в монастырь БПЦ в административном кабинете одного государственного вуза. Снимок прислан по Viber.
Все эти примеры показывают объем "эксклюзива" предоставленного государством БПЦ.
В то же время, когда Церковь ставила вопрос о введении аналога основ православной культуры в школе в качестве обязательного предмета, то получила отказ, несмотря на возмущение патриарха Кирилла. И это не единственный случай.
Поэтому наивно сравнивать влияние БПЦ в Беларуси с положением РПЦ в России.
Если вернуться к крупному бизнесу, то в Беларуси почти все крупные компании принадлежат государству. Ни владельцы частных компаний, ни высокопоставленные чиновники не имеют больших возможностей профинансировать политический курс, который бы привел к запрету так называемых "сект". Все заинтересованные в этом стороны мало влияют на принятие политических решений.
Суверенитет
Бытует мнение, что Беларусь - это своего рода колония России с некоторой долей самоуправления. Зачастую, к такому заключению приходят из-за сильной зависимости белорусской экономики от российской, господства россиийких каналов в телеэфире и преобладания русского языка в делопроизводстве и быту. И видя, что следуя примеру России, Южная Осетия тоже запретила Свидетелей Иеговы, кто-то ждет, когда же "Батька" последует курсу Кремля. Но власти России как раз и не особенно беспокоит, что Минск может в каких-то вопросах занимать иную позицию, чем Москва. Причем есть вещи куда более политически серьезные, где Беларусь имеет свою точку зрения. Например, нейтралитет в войне на Донбассе. В Беларуси не только не чествуют тех, кто уехал воевать за ДНР и ЛНР, на 9 мая, но и сажают таковых в тюрьму за наемничество. То же самое делают с теми, кто уехал воевать за Украину и вернулся. В качестве примеров можно еще вспомнить недавнее дело авторов "Регнума", закрытие как минимум одной организации, призывавшей к вхождению Беларуси в состав России, молочные, мясные, газовые и прочие экономические войны с восточной соседкой. Разумеется, у России есть средства воздействовать на положение дел в Беларуси, но трудно представить, чтобы ими пользовались именно для продвижения интересов Православия. Если бы даже власти Республики решили ограничить какие-то права Церкви или перестать рассматривать ее как эксклюзивного партнера в сфере образования, то российские дипломаты выразили бы глубокую озабоченность, в СМИ РФ прозвучали бы чуть более гневные выказывания, в ответ государственные СМИ Беларуси выразили бы свое осуждение этих гневных высказываний и все бы осталось как прежде...
Запрет - дорогое удовольствие
Запрет любой религиозной общины за здорово живешь - это дорогое удовольствие для любого государства. Это только со стороны кажется, что такие запреты дают возможность что-то отобрать и заработать на штрафах. В случае необоснованных посадок граждан любого вероисповедания за их взгляды, страна может сильно упасть в глазах тех же европейских политических структур, с которыми пытается наладить диалог, и в глазах потенциальных зарубежных инвесторов. И никакие штрафы и конфискации ущерба не перекроют. Когда в России решением суда конфисковали собственность Свидетелей Иеговы в Петербурге, это сразу же сказалось на отношении финских инвесторов к возможности вкладывать деньги в российский бизнес.
Скриншот статьи о финских инвесторах на fontanka.ru, сделанный автором блога. "Отъем имущества - для рынка очень плохой сигнал, даже если это частный случай". Выделение мое - А. Б. Полный текст можно прочитать тут.
А Беларусь все активнее ищет варианты привлечения европейских инвесторов в экономику. Кроме того, любые преследования граждан за убеждения будут означать новые санкции США и ЕС. Россия может себе это позволить, а для Беларуси, где нет такого количества полезных искомаемых, где менее благоприятные условия для бизнеса и сам масштаб экономики скромен по сравнению с российской, санкции сильно ударят по качеству жизни всех, кто в ней живет. Поэтому в последние годы белорусских участников акций политического протеста либо сажают на сутки, либо штрафуют.
Я не утверждаю, что в Беларуси нет проблем со свободой вероисповедания. Их хватает. Но я заметил, что отношение властей к неправославным религиозным организациям скорее настороженное, чем враждебное. И степень настороженности, переходящей во враждебность, зависит от личных взглядов конкретных чиновников в том или ином месте. То есть в одной местности может быть больше свободы, чем в другой. Впрочем, религиозная обстановка в Беларуси требует отдельного изучения.
Допустим, однажды власти Беларуси действительно решат запретить Свидетелей Иеговы и/или кого-то еще. Это может вызвать такой же резонанс, как и в соседней России, и желающим запретить придется напрячь силы в судебных разбирательствах, ход и результаты которых будут оглашаться по всему миру, как это было например, в случае с судом над Библией в РФ. Большинству белорусов нет дела ни до Свидетелй, ни до религии вообще. Но, когда в первой половине 2000-х шла волна дискредитации Свидетелей СМИ, я не раз встречал людей, которые были этим возмущены. Трудности мобилизуют, и преследования привели бы к тому, что число Свидетелей возросло (а не сократилось бы, как наивно думает часть т.н. "сектоборцев") за счет тех, кто стал неактивным из-за личных обид или поглощенностью иными делами, за счет, тех, кто просто сочувствовал Свидетелям... Это почти всегда так бывает. Когда в 2000-х гг. в Минске Свидетелям Иеговы не давали разрешение проводить конгрессы, многие из них ездили в Жодино, причем нередко о дате проведения мероприятия становилось известно за несколько дней до самого конгресса, и люди были готовы менять свои планы. И за последнее время я видел, как многие из них регулярно ездят на религиозные встречи через весь город. Наивно было бы думать, что получится сломить таких людей запретом организации.
Есть еще один нюанс правового характера. На него уже напоролась Россия. Можно запретить организацию, но нельзя запретить граждан. К примеру, решило абстрактное государство Нагония запретить деятельность Церкви Макаронного монстра (пастафарианцам не обижаться). Юридические лица ликвидированы, а с мыслями граждан что делать? Конституция Нагонии утверждает свободу мысли, свободу слова, свободу мирных собраний, право граждан на отказ от дачи показаний в полиции... И теперь пастафарианцы Нагонии ходят друг к другу в гости как граждане, едят макароны вместе и по-отдельности и угощают макаронами других. Получается коллизия права: либо переписывать Конституцию и отменять соответствующие права граждан, либо ничего не делать, и граждане продолжают жить своей жизнью, либо арестовывать граждан, как членов запрещенной организации, и нарушать сразу несколько конституционных прав. В случае штрафования, арестов, заключения граждан, изъятия у них имущества (или детей из семей) государство создает себе дополнительные проблемы: о нарушения прав граждан становится быстро известно в разных странах мира, и послам нашей Нагонии приходится оправдываться перед международными организациями, а то и гражданами иностранных государств (скажем, рассказывает нагонский врач об успехах отечественной медицины на зарубежном форуме, а ему из аудитории: "А почему у вас пастафарианцы запрещены?" вот и оправдывайся при всех). Изъятых детей надо кормить за счет налогоплательщиков и пытаться перевоспитывать, причем с переменным успехом. А тут еще оказывается, что из Нагонии уезжает все больше и больше специалистов (причем утечка мозгов и раньше была проблемой) и не все из них пастафарианцы, просто хотят жить там, где им никто указывать не будет во что верить и как считать... Словом, даже в абстрактной модели современному государству больще проблем от таких запретов.
"Челобитные" сектоборцев
Определенное время назад некоторых моих знакомых по социальным сетям взволновали заявления некоторых чиновников, направленные против Свидетелей Иеговы, и петиции граждан с просьбой проверить эту организацию на экстремизм. Однако стоит помнить вот что. В Беларуси заявления в КГБ, милицию и иные органы пишут очень многие по многим вопросам. Они обычно ничего не меняют. Во всяком случае, если вопрос серьезнее, скажем, отмены стройки в лесном массиве. А такие вопросы, как запрет организаций, затрагивают не только личные предпочтения тех или иных граждан, но и репутацию всей страны. Кроме того, сектоборчество не особо популярно и сильно в Беларуси, о чем свидетельствуют такие факты.
Из обнаруженного в Интернете
Петиция сектоборцев на change.org собрала только 115 подписей на февраль 2018 г. за 2 месяца. Многие петиции на этом сайте собирают тысячи или десятки тысяч подписей. Скриншот А. Берестовского.
Помимо этого, работу белорусских сектоборцев усложнили действия российских властей. Например, долгое время околоправославные сектоборцы утверждали, что перевод Библии, выполненный Свидетелями Иеговы - это плохой перевод Библии. А суды России признали его не Библией с грубой подтасовкой фактов. Иначе бы запретить было нельзя: по законам РФ священные книги неподсудны ни в плохом переводе, ни в хорошем. Но теперь мнения сектоборцев разделились: принципиальные противники этого перевода осуждают вмешательство судов в богословские споры, а беспринципные радостно потирают руки и выдают свою беспринципность с головой. И тут мы выходим на еще одно уязвимое место сектоборческого "танка": большинство белорусских сектоборцев - не аналитики, а ретрансляторы. Они просто собирают в Интернете критический материал о т. н. "сектах" и репостят его на своих страницах, не вникая в его доказательную базу. Зачастую они даже не понимают, что их собственные религиозные взгляды легко подпадают под их собственный материал обвинения, и что найти их авторские признаки сектантства можно в любом явлении в мире.
Сектоборческий плакат с моими критическими замечаниями.
Поэтому усматривать большую угрозу в "челобитных" околоправославных сектоборцев не вижу особого смысла. Во всяком случае пока они не организуют массовый сбор денег на компенсацию внедрения своих проектов в экономику страны...
Безусловно, религиозная обстановка в Беларуси может измениться в любую сторону. Однако, видеть в любом изменении руку Москвы - по крайней мере наивно.
***
С момента опубликования этого сообщения прошло несколько лет и произошли события, которые могли быть поставить под вопрос мои выводы. Поэтому возникла необходимость пояснить происходящее.
В Беларуси, как я уже писал, есть проблемы ограничений свободы религии, в том числе Свидетелей Иеговы. Эпизоды таких ограничений за 2018-2019 гг. зафиксированы в отдельном документе. Если коротко, то они носят локальный характер (в одном городе есть трудности, а в соседнем нет), и, как это было описано в специальном научном обзоре, политика государства в Беларуси по отношению к Свидетелям Иеговы непоследовательна.
21 февраля 2020 года Свидетель Иеговы из России Николай Махаличев был остановлен милицией во время путешествия по Беларуси. Его задержали по причине того, что в России его объявили в международный розыск в связи с "экстремистской деятельностью" (то есть исповеданием своей веры) и отправили в ИВС г. Городок, а затем в СИЗО-2 г. Витебск. Подробности здесь.
Но это не означает, что в Беларуси началось преследование Свидетелей Иеговы или что всех Свидетелей с российскими паспортами будут депортировать в РФ. Дело в том, что полиция России и милиция Беларуси пользуются общей базой поиска. Если бы Н. Махаличев не был в розыске, то в Беларуси его не стали бы задерживать, да и задержали случайно, а не в результате целенаправленных поисков. Вероятно, Николая Махаличева экстрадируют в Россию, но как показывает дело Puerrtto, власти Беларуси не всегда принимают такие решения какие просят принять российские власти. А пока Н. Махаличев подал жалобу в Комитет по правам человека ООН и прошение белорусским властям о предоставлении политического убежища.
7 апреля 2020 года Генпрокуратура Беларуси отказала в выдачи Н. Махаличева России, он был освобожден из СИЗО в тот же день и даже успел отпраздновать Вечерю Господню тем же вечером. Кроме того, он активно проповедовал другим заключенным СИЗО и провел за этой деятельностью 198 часов в марте.
